Сколько процентов вич инфицированных в россии


В России есть несколько локальных эпидемий ВИЧ. Но общей по стране нет, потому что заражено меньше 1% населения. Это по одним данным. По другим — больше. О том, почему разные ведомства по-разному считают больных и к чему могло бы привести признание эпидемии, разбирались «Известия».

Смотря как считать

Факт эпидемии фиксируется, когда больше 1% населения становятся носителями вируса. 1% населения России — около 1,4 млн человек. Поэтому по одним подсчетам в стране эпидемия ВИЧ есть. По другим — нет.

Минздрав, например, считает количество людей, которые обратились с ВИЧ в медицинское учреждение. На них заведено примерно 900 тыс. медицинских карт. Эту цифру и называет министерство.

Роспотребнадзор считает по количеству положительных результатов среди проведенных тестов крови на ВИЧ. Учет ВИЧ-положительных – персонифицированный, и в базу они попадают с указанием имени и адреса проживания. По данным ведомства, на сегодняшний день живы около 1,07 млн россиян с установленным диагнозом ВИЧ-инфекции. Разница существенная, потому что далеко не все, получившие диагноз, обращаются после этого в медучреждение. Но всё еще меньше 1% населения.


Руководитель центра по борьбе со СПИДом при Роспотребнадзоре Вадим Покровский называют цифру, которой для объявления эпидемии достаточно. «Можно предположить, что в России живет порядка 1,5 млн носителей вируса иммунодефицита человека, из которых треть пока еще не попала в поле зрения медицинских работников», — сказал Покровский «Известиям», напомнив, что ВИЧ-инфекция может не проявляться до 20 лет.

Эпидемия могла бы быть объявлена, если бы для подсчета количества ВИЧ-инфицированных на государственном уровне использовали оценочные прогнозные цифры. Их и используют, например, во время эпидемий гриппа, когда больных считают не по обращениям в поликлинику или выписанным рецептам.

Как получают прогнозную цифру, объяснила старший научный сотрудник Института демографии ВШЭ Екатерина Щербакова. Она привела в пример стандартное программное обеспечение Spectrum, разработанное британским институтом Futures Institute. Его использует, например, объединенная программа ООН по ВИЧ/СПИДу UNAIDS. Она предоставляет странам с ВИЧ-инфекцией рекомендации по сокращению количества новых инфекций и обеспечения долгой и здоровой жизни людей с ВИЧ.

Екатерина Щербакова, Институт демографии ВШЭ:


Основой для получения оценок служат разнообразные данные, включая данные медицинского обследования беременных женщин, обследований здоровья населения (на уровне домохозяйств), групп населения с высоким риском заражения ВИЧ-инфекций, данные регистрации выявленных случаев заболевания, а также данные всех других видов наблюдения. Каждый из источников имеет свои плюсы и минусы, которые могут приводить как к недооценке, так и переоценке истинной величины распространенности ВИЧ-инфекции. Поэтому используются интервальные оценки: определяются нижняя и верхняя границы, за пределы которых реальная величина показателя не выходит, по мнению UNAIDS, а также некая точечная величина внутри этого интервала, которая с определенной достоверностью характеризует ее.

Исследователь уверена, что точных данных о числе ВИЧ-инфицированных, новых случаях заражения и умерших от СПИДа быть не может в принципе. Потому что, чтобы их получить, придется регулярно тестировать всех людей.

Однако Минздрав России считает возможным оперировать только точными. «Российская Федерация — единственная страна в мире, внедрившая широкое обследование населения на ВИЧ и полицевой учет всех пациентов с ВИЧ-инфекцией», — заявила министр здравоохранения Вероника Скворцова в конце 2018 года, критикуя данные ВОЗ. По информации Всемирной организации здравоохранения, скорость инфицирования в России была самой высокой в Европе и росла. По информации министра — падала.

Внутренняя работа


Пока министр обходит в своих выступлениях слово «эпидемия», Роспотребнадзор его использует, но применительно к отдельным городам и регионам. По данным ведомства, на 2018 году 1% жителей 13 субъектов РФ заражены вирусом иммунодефицита. Самый высокий показатель в Иркутской области — 1,8%. На втором и третьем местах — Свердловская и Кемеровская области.

Вадим Покровский из центра по борьбе со СПИДом называет ситуацию в проблемных регионах «генерализованной стадией эпидемии». Это значит, что инфекция переходит от людей из групп риска (от «концентрированной эпидемии») к другим группам, в том числе к беременным женщинам. По статистике ведомства, 70% заразившихся за прошлый год экономически активные граждане в возрасте от 30 до 50 лет.

«Население не использует презервативы — их продажи падают. Причины я вижу в том, что, с одной стороны, их стоимость высока, а покупательная способность населения падает, с другой стороны, люди не понимают, что эта проблема может коснуться их напрямую», — отметил глава центра.

Академик признает, что лекарства для больных, желающих получать терапию, закупаются. Но получают их чуть больше половины даже среди тех, кто стоит на учете Минздрава. Признание статуса эпидемии могло бы подтолкнуть государство к решению этой проблемы.

Вадим Покровский, Федеральный научно-методический центр по профилактике и борьбе со СПИДом:


Способ расширения охвата терапией за счет снижения цен скоро будет исчерпан, поэтому нужно увеличивать бюджет. В следующем году на закупку лекарственных препаратов для ВИЧ-инфицированных выделяется 29 млрд рублей, что почти в 1,5 раза больше, чем в 2018-м. Но в 2021 году необходимо еще большее увеличение финансирования. Чтобы проводилась полноценная квалифицированная работа по ВИЧ-инфекции, требуется 100 млрд рублей в год.

Кроме того, для работы с пациентами, в том числе подбора лекарств, не хватает квалифицированных врачей. «Людей, которые лечат больных ВИЧ-инфекцией, нужно специально готовить: они должны знать названия десятков препаратов, их побочные эффекты, все возможные и недопустимые комбинации с сердечными, противодиабетическими и другими лекарствами. Чтобы качественно вести пациентов, нам нужно в следующем году подготовить по меньшей мере 500 инфекционистов», — предложил академик. По его словам, в федеральном бюджете по программе заложены средства только на лекарства от ВИЧ.

Устранение дискриминации

В случае объявления эпидемии Россия может рассчитывать и на поддержку со стороны. Выше уже упоминалась программа UNAIDS, которая работает со странами, столкнувшимися с эпидемиями. Ее цель — информирование населения, сокращение количества инфицированных и устранение дискриминации, связанной с ВИЧ.


На уходящей неделе UNAIDS опубликовала доклад под названием «Власть людям» (Power to the People). В нем одним из самых действенных способов решения проблемы называется поддержка местных сообществ, участники которых уже заражены или находятся в группе риска ВИЧ.

К этим группам относятся наркопотребители, мужчины, имеющие секс с мужчинами, и секс-работники. В мире, по данным UNAIDS, на них приходится 54% новых случаев инфицирования. В странах Восточной Европы и Центральной Азии, к которым организация относит и Россию, — 95%.

Доклад Объединенной программы ООН по ВИЧ/СПИ:

UNAIDS призывает все страны к полной поддержке и расширению возможностей организаций под руководством сообществ, привлечению их к процессам принятия решений во всех случаях, затрагивающих вопросы здоровья и благополучия членов сообществ, и устранению препятствий для их активного участия в мероприятиях по борьбе с ВИЧ. Только при условии полного финансирования и полной поддержки работы организаций под руководством сообществ искоренение СПИДа может стать реальностью.

UNAIDS и сама оказывает поддержку этим сообществам, а также государственным структурам в борьбе с эпидемией. В тех странах, где она признана. «Когда у людей и сообществ есть право и возможность, происходят изменения. Cолидарность женщин, молодежи, мужчин, имеющих половые отношения с мужчинами, работников секс-бизнеса, людей, употребляющих наркотики, и трансгендерных людей изменила картину эпидемии, а расширение их возможностей положит конец эпидемии», — написала исполнительный директор программы Винни Бьянима во вступлении к докладу.


На сайте UNAIDS есть страничка, посвященная России. Во всех полях для данных по количеству инфицированных, смертей среди людей разных возрастов и т.п. — прочерки. Только одна цифра за 2017 год — общее количество инфицированных около 1 млн. До нужного процента не хватает, а актуальной информации нет.

Источник: iz.ru

Заражение ВИЧ-инфекцией все чаще происходит путем гетеросексуальных контактов, более половины новых случаев ВИЧ в 2019 году были связаны именно с этим, сообщает «РИА Новости» со ссылкой на Роспотребнадзор.

«Наряду с распространением ВИЧ среди традиционных уязвимых для ВИЧ групп населения: наркопотребителей и мужчин, имеющих половые связи с мужчинами, все чаще наблюдается заражение при половых контактах между мужчинами и женщинами (гетеросексуальных контактах). В первую половину 2019 года 58,9% новых случаев заражения ВИЧ были связаны с гетеросексуальными контактами, 39% обусловлены потреблением наркотиков и 2,5% — гомосексуальными контактами», — говорится в сообщении ведомства.


За 10 месяцев 2019 года зарегистрировано почти 66 тысяч новых случаев заболевания ВИЧ, что на 8% меньше, чем за аналогичный период 2018 года, отметили в пресс-службе.

Всего в России насчитывается 1,06 млн ВИЧ-инфицированных, рассказал «Интерфаксу» глава Федерального научно-методического центра по профилактике и борьбе с ВИЧ-инфекцией, академик РАН Вадим Покровский, ссылаясь на данные Роспотребнадзора.

При этом, согласно отчету UNAIDS (объединение ООН по борьбе с ВИЧ и СПИДом), число новых случаев ВИЧ с 2010 года снизилось в 28 странах. Однако темпы снижения еще далеки от поставленных ООН целей.

В 2017 году UNAIDS сформировало Глобальную коалицию по предупреждению ВИЧ, куда вошли страны, на которые приходится 75% всех новых случаев ВИЧ-инфицирования во всем мире.

С 2010 года число новых случаев ВИЧ-инфицирования среди взрослых в рассмотренных странах сократилось в среднем на 17%, что несколько выше снижения темпов заражения в остальном мире, но все еще намного меньше тех 60%, которые необходимы для достижения глобальных целей профилактики ВИЧ.

В 12 странах число новых случаев инфицирования ВИЧ среди взрослого населения сократилось на четверть и более. В их число вошли Южная Африка, где число новых случаев в год упало на 39%, Демократическая Республика Конго с 37-процентным снижением, Уганда с 36-процентным снижением и Зимбабве с 28-процентным.


Однако в некоторых странах зарегистрирован рост числа новых случаев инфицирования ВИЧ. Так, в Нигерии число новых зараженных увеличилось на 8%, в Пакистане — на пугающие 56%. В среднем в период с 2010 по 2018 год число новых случаев ВИЧ-инфицирования в странах, не входящих в Глобальную коалицию по предупреждению ВИЧ, оставалось относительно стабильным.

Составители доклада подчеркивают, что, хотя в разработке программ для девочек-подростков и молодых женщин достигнут определенный прогресс, в 2018 году только 34% районов с высокой распространенностью ВИЧ имели целевые комплексные программы профилактики ВИЧ для женщин и девочек. При этом

в планах коалиции был охват этими программами 90% девочек и молодых женщин к 2020 году, но достигнуть этой цели, очевидно, не удастся.

Однако прогресс все же воодушевляет представителей организации.

«В странах Африки к югу от Сахары проживают более 25 миллионов ВИЧ-положительных людей — это более двух третей от 37,9 миллиона человек в мире, живущих с ВИЧ, — рассказывает Винни Бьянима, исполнительный директор UNAIDS. — В Кении число смертей вследствие СПИДа с 2010 года снизилось более чем на 50%, а число новых случаев заражения — на 30%. Это огромное достижение. Грандиозный прогресс за короткий срок. Сегодня я могу заявить о том, что 24,5 миллиона ВИЧ-инфицированных людей во всем мире теперь имеют доступ к лечению для сохранения жизни. Это отличная новость и свидетельство значительного прогресса».


Она отмечает, что в борьбе с ВИЧ важно победить бедность и неравенство — незащищенные социальные группы страдают от болезни чаще всего.

«В странах Африки к югу от Сахары риск заражения ВИЧ существенно выше для молодых женщин и девушек, чем для мужчин и мальчиков, — говорит Бьянима. — У девушек в возрасте 15-24 лет в этих странах вероятность заражения втрое выше, чем у юношей того же возраста».

Также она призывает перестать стигматизировать гомосексуалов, проституированных женщин, людей, потребляющих наркотики, и других представителей наиболее уязвимых групп — общественное осуждение лишь способствует тому, что они реже обращаются за медицинской помощью и меньше знают о своем здоровье.

«Во многих странах до сих пор действуют законы, предусматривающие уголовное преследование определенных групп или дискриминацию людей, живущих с ВИЧ; из-за этого им приходится уходить в подполье и скрываться, в результате чего они не могут реализовать свое право на здоровье», — говорит Бьянима.

В России, по данным UNAIDS, в 2017 году насчитывался один миллион людей с ВИЧ, из них 37% составили женщины.


Уровень распространенности ВИЧ (количество новых случаев заражения ВИЧ среди уязвимых групп населения за определенный период) среди всех возрастных групп составил 0,7%. Количество новых случаев заражения ВИЧ выросло с 74 тысяч в 2010 году до 100 тысяч в 2017.

Программа ООН 90–90–90 предполагает, что к 2020 году 90% людей, живущих с ВИЧ, будут знать о своем статусе, 90% людей, осведомленных о своем положительном ВИЧ-статусе, будут иметь доступ к антиретровирусной терапии, и 90% людей, получающих лечение, достигнут вирусной супрессии.

В России в 2017 году 81% людей, живущих с ВИЧ, знали свой статус.

Но лишь 36% людей с ВИЧ получали лечение, и только у 27% была отмечена вирусная супрессия.

Из всех ВИЧ-инфицированных людей старше 15 лет лечение получали только 35%.

Также в 2017 году 52,8% человек, живущих с ВИЧ и туберкулезом, получали лечение от обоих заболеваний. Еще в 2015 году их доля составляла 71,8%.

Источник: www.gazeta.ru

О методологии ВОЗ

В объединенном релизе Минздрава и Роспотребнадзора говорится о том, что охват населения в РФ тестированием достигает 30% и включает не только группы риска. «При этом, по данным Европейского бюро ВОЗ и ECDC, охват населения Европы тестированием на ВИЧ не превышает 10 %», — приводятся данные в сообщении.

Так, по информации ведомств, ежегодно во Франции тестируют на ВИЧ чуть более 5,6 млн человек, «в Бельгии — чуть более 710 тыс. человек, в Польше — 430 тыс. человек, а в Венгрии всего не более 92 тыс. человек, аналогичная ситуация в Республике Молдова, Украине и ряде других европейских стран». В РФ охват тестированием уже достигает 34 млн человек ежегодно.

«При пересчете заболеваемости в странах Европы с учетом охвата населения обследованием на ВИЧ, данные Российской Федерации будут ниже европейских. То есть при обследовании такого же количества граждан, сколько в Российской Федерации, уровень заболеваемости в отдельных европейских странах был бы выше, чем в России», — уточняется в сообщении ведомств.

Регистр и лекарства

Сведения о пациенте с диагностированной ВИЧ-инфекцией должны поступить в регистр не позднее трех дней с момента установления диагноза. Министр также отметила, что по всем остальным параметрам регистр обновляется в режиме онлайн.

Благодаря введению регистра, а также переходу на централизованные закупки антиретровирусных препаратов, удалось снизить стоимость закупки лекарств в два раза. Сейчас лекарственной терапией охвачены более 50% этих людей. «Тот показатель, который мы перед собой поставили на следующий год, — это 75%», — добавила она.

Благодаря приверженности антиретровирусной терапии, вирусная нагрузка снизилась у 75% взрослых и у 80% детей с диагностированной ВИЧ-инфекцией.

Поддержка генных исследований

Скворцова рассказала, что Минздрав поддерживает исследования для разработки отечественной вакцины против ВИЧ-инфекции, основанные на генной модификации.

«У нас сейчас идет новая работа исследовательская, основанная уже на методах генной модификации, так называемые CRISP-CAS… когда Т-клетки, полученные от ВИЧ-инфицированного, с помощью генно-модифицирующих методов меняются таким образом, чтобы они становились нечувствительными к ВИЧ», — пояснила она.

Она отметила, что такие исследования продвигаются достаточно быстро, так как они очень напоминают методы CAR-технологий, которые применяются при исследовании онкологических заболеваний. Прототип отечественной вакцины разработало подведомственное Минздраву учреждение. «Это исследование мы поддерживаем», — добавила Скворцова.

Права на усыновление

Скворцова также заявила, что права ответственных людей с ВИЧ, получающих лечение и имеющих низкую вирусную нагрузку, на усыновление детей не должны быть ограничены.

Ранее СМИ сообщали о том, что в Госдуму планируется внести законопроект, разрешающий усыновление людям, имеющим диагностированную ВИЧ-инфекцию. Министр напомнила, что ВИЧ не передается через рукопожатия, поцелуи и объятия.

«Поэтому формально ограничений к тому, чтобы ВИЧ-инфицированный, ответственный человек, принимающий решения, имеющий низкую вирусную нагрузку, имел [усыновленных] детей — таких ограничений нет», — сказала она.

«В том случае, если мы цивилизованно выявляем ВИЧ и лечим, то они такие же граждане, и их права ни в чем не должны быть ограничены или дискриминированы», — добавила министр.

Источник: tass.ru

Старший научный сотрудник, врач-инфекционист Федерального научно-методического центра по профилактике и борьбе со СПИДом ФБУН «Центральный НИИ эпидемиологии» Роспотребнадзора Василий Шахгильдян рассказал корреспонденту “Ъ” Ольге Алленовой, есть ли в России эпидемия ВИЧ-инфекции и почему принимаемых для борьбы с проблемой мер недостаточно.

«Трое из ста мужчин среднего возраста заражены ВИЧ и являются источником инфекции»

— В России говорят об эпидемии ВИЧ. Это действительно эпидемия?

— По критериям ВОЗ и Объединенной программы ООН по ВИЧ/СПИДу (UNAIDS) эпидемия ВИЧ-инфекции в 20 регионах России достигла генерализованной стадии, о чем свидетельствует распространенность ВИЧ-инфекции среди беременных в этих регионах (более 1%). То есть ВИЧ-инфекция распространяется уже не только внутри групп повышенного риска (например, потребителей инъекционных наркотиков), но и в общей популяции.

Среди российских граждан в возрасте 15–49 лет ВИЧ-инфицированы 1,2%. Наиболее острая и опасная ситуация в возрастной группе от 30 до 44 лет: у 3,3% обследованных мужчин 35–39 лет установлена ВИЧ-инфекция. Возможно, кого-то эти цифры не поразят, но вдумаемся: 3 из 100 мужчин среднего возраста заражены ВИЧ и являются источником инфекции.

— Так все-таки есть в стране эпидемия или нет?

— В России в прошлом году обследование на наличие антител к ВИЧ прошли почти 34 млн человек, было выявлено порядка 100 тыс. новых случаев ВИЧ-инфекции, то есть 0,3%.

— Не эпидемия.

— В целом по России это негенерализованная стадия эпидемии. Тем не менее примерно 300 человек в день в нашей стране заражаются ВИЧ и около 100 человек в день умирают. Поэтому, как вы это ни назовете, проблема огромная.

— А сколько официально зарегистрированных случаев заболевания по России?

— По данным Федерального центра по профилактике и борьбе со СПИДом на 31 декабря 2017 года, кумулятивное количество зарегистрированных случаев ВИЧ-инфекции среди граждан Российской Федерации — 1 220 659 человек. Из них 276 660 человек уже умерли, то есть в конце 2017 года в стране проживало почти 950 тыс. граждан, зараженных ВИЧ. Неуклонно цифра приближается к 1 млн. За 2017 год территориальными центрами по профилактике и борьбе со СПИДом было сообщено о 104 402 новых случаях ВИЧ-инфекции. Согласно другим подсчетам, количество новых случаев заболевания — чуть более 80 тыс. Но в любом случае цифры очень велики.

Правда, сейчас благодаря просветительской профилактической работе, широкому обследованию населения на наличие антител к ВИЧ, активному привлечению людей, живущих с ВИЧ, в специализированные медицинские центры, максимально быстрому началу антиретровирусной терапии и широкому охвату терапией больных ВИЧ-инфекцией скорость прироста новых случаев заболевания снижается. Например, если в 2011–2015 годах ежегодный прирост количества новых выявленных случаев инфекции был в среднем 10%, то в 2016-м этот показатель стал 4,1%, а в 2017-м — 2,2%. И среди молодых людей 15–19 лет число новых случаев ВИЧ-инфекции за последние годы минимально. Отчасти это связано и с тем, что в 2015 году принята государственная стратегия противодействия распространению ВИЧ-инфекции в Российской Федерации на период до 2020 года и на дальнейшую перспективу.

Но, как мы знаем, суть — в деталях и в целях демонстрации цифр. Если мы хотим убедить кого-то, будто у нас все хорошо с решением проблемы ВИЧ-инфекции, то можно говорить, что в России существенно меньше выявляется ВИЧ среди молодых, скорость прироста новых случаев заметно снизилась, почти половина больных ВИЧ-инфекцией получает антиретровирусную терапию, АРТ, а по официальной отчетной форме ФСН №61 и по данным отчетов региональных центров СПИДа, доля умерших от СПИДа из всех пациентов, состоящих на диспансерном учете, в 2017 году по сравнению с 2016-м сократилась на 15%. И все это действительно важно. Но если мы считаем профессиональным долгом обращать внимание на чрезвычайную остроту проблемы ВИЧ-инфекции в России, то необходимо говорить о 100 тыс. новых случаев заболевания только за последний год, крайне высокой пораженности ВИЧ россиян в среднем возрасте, о том, что почти половина новых случаев ВИЧ-инфекции за последние годы приходится на молодых женщин, заражающихся вирусом половым путем, о недостаточном охвате регулярным диспансерным наблюдением и антиретровирусной терапией ВИЧ-инфицированных граждан России, о росте количества смертей инфицированных ВИЧ.

— Говоря о росте количества смертей, вы какие цифры имеете в виду?

— К концу 2017 года из числа зарегистрированных умерли почти 23% больных ВИЧ-инфекцией — 276 660 человек. Только за 2017 год погибли 31 898 человек, причем в молодом возрасте (в среднем 38 лет). По данным Росстата, в 2016 году ВИЧ-инфекция стала причиной более половины всех смертей от инфекционных болезней. Рост смертности в связи с ВИЧ-инфекцией вызывает и общий прирост числа смертей от инфекционных заболеваний в стране. ВИЧ-инфекция в молодом трудоспособном возрасте (18–44 года) выходит на одно из первых мест в структуре смертности населения России. От этой инфекции в 2015 году люди этой возрастной группы умирали больше, чем от заболеваний органов дыхания и нервной системы. В том же 2015 году показатель смертности от ВИЧ-инфекции впервые превысил показатель смертности от туберкулеза.

Достижения в области борьбы с ВИЧ, безусловно, есть, и они немалые, но решение многих острых проблем еще впереди.

— А сколько людей из миллиона больных получает терапию? Ведь далеко не все вообще хотят лечиться.

— Лишь 74% больных ВИЧ-инфекцией состоят на диспансерном наблюдении и только треть из числа зарегистрированных пациентов находится на АРТ, причем значительное количество больных ее прерывает. По официальным данным, в 2017 году в России получали антиретровирусную терапию 346 тыс. человек. То есть охват лечением в прошлом году составил 35,5% от числа живущих ВИЧ-инфицированных лиц и 47,8% от числа состоявших на диспансерном наблюдении. К сожалению, 27 тыс. пациентов в 2017 году лечение прервали.

Это проблема, и не только наша. Во всем мире озабочены оказанием помощи таким больным — их своевременным привлечением в медицинские центры, удержанием на постоянном и неформальном диспансерном наблюдении, своевременным началом АРТ и формированием высокой приверженности к лечению. У нас в стране ежегодно увеличивается финансирование на решение проблемы ВИЧ-инфекции, в основном на терапию данного заболевания, но значительно в меньшей степени — на профилактику болезни. В этом году из государственного бюджета будет выделено 24 млрд руб. Безусловно, есть твердая установка на максимальный охват людей, живущих с ВИЧ, лечением и максимально быстрое начало терапии при выявлении болезни. Каждый человек, инфицированный ВИЧ и желающий лечиться, может в нашей стране бесплатно и без особых сложностей получать антиретровирусную терапию. Другое дело, что существует проблема получения специализированной медицинской помощи и АРТ больному ВИЧ-инфекцией, если он живет не в регионе постоянной регистрации. Также есть проблема качества предоставляемого лечения. К сожалению, ВИЧ-инфицированные граждане нашей страны ограничены в получении самых современных, а значит, высокоэффективных, безопасных, хорошо переносимых и удобных в приеме антиретровирусных препаратов. Такие препараты получает лишь малое количество больных. А ведь современная безопасная АРТ с минимальным количеством таблеток и однократным приемом в день — залог высокой приверженности больного к лечению, к медицинскому наблюдению. И залог того, что будет увеличиваться количество ВИЧ-инфицированных людей, у которых нет вируса в крови и которые никого не смогут заразить.

— То есть это поможет остановить распространение инфекции?

— Да. Согласно программе ООН в области борьбы с ВИЧ-инфекцией, каждая страна должна стремиться к выявлению не менее 90% пациентов, инфицированных ВИЧ, из них не менее 90% должны получать терапию, и из этих 90% у 90% должна быть неопределяемая вирусная нагрузка — отсутствие РНК ВИЧ в крови. Именно достижение таких целей позволит остановить распространение ВИЧ-инфекции, кардинально уменьшить количество больных на последней стадии болезни — стадии СПИДа, резко сократить количество смертей вследствие ВИЧ-инфекции.

— Это рекомендует ООН, а какие-то страны выполняют данные рекомендации?

— Пока лишь отдельные европейские страны приближаются к обозначенным целям. Большинство, в том числе и Россия, еще только на пути к ним. Количество находящихся на диспансерном наблюдении и получающих терапию больных ВИЧ-инфекцией я назвал. Несмотря на серьезные усилия по лечению пациентов с ВИЧ, на возвращение внимания государства к проблеме и принятие многих важных мер в этом направлении, нам пока еще далеко до обозначенных ООН показателей. Тем более что международные организации считают необходимым проводить все расчеты не от числа выявленных, а тем более состоящих на диспансерном учете ВИЧ-инфицированных лиц, а от расчетного предполагаемого количества больных ВИЧ-инфекцией в стране. Проведенные специалистами-эпидемиологами расчеты свидетельствуют, что число людей, живущих с ВИЧ, в стране может быть на несколько сотен тысяч выше числа официально выявленных. У нас есть понимание, что не все граждане, зараженные ВИЧ, знают о своем диагнозе, не все находятся в поле зрения медиков, не все получают необходимую медицинскую, социальную и психологическую помощь.

«Вне поля зрения остаются ВИЧ-инфицированные люди с высоким социальным статусом»

— Что нужно делать, чтобы количество получающих терапию росло?

— Надо научиться привлекать и удерживать пациентов с ВИЧ в медицинском поле. Тут очень важно удобство в предоставлении помощи — чтобы люди не тратили много времени и сил на ее получение. Оговорюсь, что, конечно, прежде всего от самого человека и его активных действий зависит состояние его здоровья. Условия для получения помощи есть. Но необходимо прийти в Центр по профилактике и борьбе со СПИДом, возможно, выдержать некоторые неудобства при постановке на диспансерный учет, потратить время, но помощь получить. Необходимо доверять врачам, а не интернету. В то же время и врачи должны понимать, что многие пациенты носят такие же галстуки, как и мы, являются социально активными, работающими гражданами и так же прекрасно осведомлены о последних международных рекомендациях по лечению ВИЧ-инфекции и современных АРВ-препаратах. Доверие со стороны пациента нужно заслужить. И заслужить своими знаниями, эффективными профессиональными действиями и внимательным отношением к обратившемуся за помощью человеку. С целью привлечения ВИЧ-инфицированных людей к медицинскому наблюдению важно оказывать комплексную, медико-социально-психологическую помощь, создавать команды специалистов в центрах СПИДа, готовые не только решать медицинские проблемы пациентов, но и помогать в трудных жизненных ситуациях, оказывать необходимую психологическую и психотерапевтическую поддержку. В центрах СПИДа важно не ждать, когда придут заболевшие, и работать не только с активными пациентами. Несмотря на высокую профессиональную загруженность, надо через общественные организации и пациентские сообщества искать пути привлечения к медицинскому наблюдению лиц из групп риска, асоциальных или наркозависимых людей, потому что они являются источником заражения ВИЧ. Если мы не охватим терапией большинство ВИЧ-инфицированных, то у нас эпидемия ВИЧ-инфекции не прекратится. И мы не должны действовать по принципу «не пришел — твое дело». Важно принимать информационные меры, просветительские, показывать, что в центрах оказания помощи все спокойно, доброжелательно, эффективно, диагноз не будет разглашен, на тебя не станут показывать пальцем, никто тебя ни в чем не упрекнет.

Не следует забывать о группах возможных пациентов из числа мужчин, практикующих секс с мужчинами, необходимо пытаться через доверенных лиц, пациентов, уже находящихся на диспансерном наблюдении, получить доступ к этим закрытым группам, часто не доверяющим официальной медицине, сталкивающимся с некоторым осуждением при обращении за помощью или не желающим «стоять в одной очереди с кашляющим наркоманом». Нам нужно максимально широкое обследование людей на наличие ВИЧ в этих группах, потому что в последние годы наблюдается отчетливая тенденция к росту количества зараженных при гомосексуальных контактах.

И еще один важный момент. Широкое обследование населения на наличие ВИЧ, конечно, важная мера своевременного выявления заболевания и привлечения выявленных граждан к медицинской помощи. Но еще более эффективным является проведение обследования на наличие ВИЧ в группах риска, именно в тех группы населения, где вероятность заражения вирусом наиболее высока и, соответственно, высока вероятность выявления ВИЧ-инфекции при обследовании. Конечно, легче организовать обследование на ВИЧ студентов вузов или пожилых людей, поступающих в стационары, чем молодых людей, пьющих пиво по ночам на детских площадках, или наркозависимых лиц, или женщин, занимающихся коммерческим сексом. Но вероятность выявления ВИЧ именно в этих группах максимально высока. Значит, и стоимость одного случая выявления ВИЧ будет существенно ниже.

Кроме этого нужно найти возможность проведения широкого обследования мужчин среднего возраста, ведь мы знаем о высоких цифрах пораженности ВИЧ в этой категории граждан. Именно она крайне редко оказывается в поле зрения врачей. Если молодые женщины хотя бы во время беременности попадают под медицинское наблюдение, то мужчины молодого и среднего возраста вообще выпадают из зоны медицинского внимания. Я, например, прохожу диспансеризацию и обследование на ВИЧ как врач, сотрудник специализированного центра, но сам по себе последний раз я был в своей поликлинике много лет назад. И если бы в молодости я был инфицирован ВИЧ, то при хорошем самочувствии, характерном для ВИЧ-инфекции многие годы, я бы понятия не имел о наличии заболевания и высоком риске заражения других людей. Возможно, следует предлагать пройти обследование людям молодого и среднего возраста при приеме на работу, при выдаче водительского удостоверения или других документов. Например, в Екатеринбурге водителям, направляемым сотрудниками ДПС на прохождение теста для определения содержания алкоголя в крови, в медицинских центрах предлагают пройти тест на наличие ВИЧ.

— Но не заставлять же?

— Конечно, абсолютно добровольно! И пусть далеко не все соглашаются пройти такой тест, но 30% лучше, чем 0%. Это конкретный шаг к своевременному выявлению ВИЧ в труднодоступной группе граждан. И сегодня регионам очень важно предлагать конкретные действенные меры по раннему выявлению ВИЧ среди населения. Осуществлять их, оценивать эффективность и предлагать новые.

— А как же их убедить?

— Важный вопрос, потому что мы много говорим о наркозависимых, о людях асоциальных, но вне поля зрения остаются ВИЧ-инфицированные граждане с активной жизненной позицией, высоким социальным статусом, которые часто целыми днями заняты на работе. Нам надо понять, как правильно выстроить систему медицинской помощи в центрах СПИДа для таких пациентов, учитывая значительное время на ожидание приема, разный контингент пациентов в очередях и их известность, наконец. В Москве, например, уже год работает первая частная клиника, специализирующаяся на оказании помощи при инфекционных заболеваниях, прежде всего при ВИЧ-инфекции.

— Клиника для богатых?

— Да, она платная, и конечно, позволить себе лечиться там могут, к сожалению, далеко не все. Да к тому же в большинстве центров СПИДа оказывают высокопрофессиональную помощь абсолютно бесплатно. Но в таких частных клиниках есть потребность, и важно, чтобы возможность получения медицинской помощи в такой форме тоже была.

«На этой болезни лежит печать морального осуждения»

— Мне кажется, у нас в стране гепатита С или гепатита В не так боятся, как ВИЧ, хотя, наверное, по течению и осложнениям это такие же серьезные заболевания. Почему существует такой страх перед ВИЧ-инфекцией, а другие не менее опасные заболевания не вызывают такой паники?

— Прежде всего потому, что ВИЧ-инфекция до сих пор остается смертельным заболеванием.

И на этой болезни лежит некая печать морального осуждения… Если ты ВИЧ-инфицированный, то, по мнению большинства, ты или наркоман, или распутный человек, или мужчина с нетрадиционной половой ориентацией. То есть ты не такой, как большинство. Каждому из нас необходимо учиться толерантности, сочувствию к другим людям, в чем-то непохожим на нас. А еще тут есть страх, что этот человек может представлять для тебя лично опасность. Мы, врачи, бесконечно говорим о том, что все это не соответствует действительности, но люди по-прежнему живут старыми стереотипами.

— Вирусы гепатита С и гепатита В передаются теми же путями, что и ВИЧ, но в отношении этих болезней нет таких страшилок.

— Там сложился немного другой психологический портрет пациента. И главное, гепатит С является заболеванием, которое можно полностью вылечить, а гепатит В лишь в 5–7% случаев становится хроническим.

Но вы правы в том, что в медицинских учреждениях, оказывающих хирургическую, акушерско-гинекологическую или иную помощь, ВИЧ-инфекции страшатся гораздо больше, чем гепатитов В и С. И до сих пор есть случаи отказа от медицинской помощи, хотя известно, что ВИЧ — это «младенец» по своей стойкости в окружающей среде и по концентрации в крови по сравнению, например, с вирусом гепатита В. Его концентрация в крови в сотни раз меньше, чем вируса гепатита В.

Отмечу, что если бы в медицинских учреждениях неукоснительно соблюдали все санитарные правила по профилактике внутрибольничной передачи вируса гепатита В, которые уже давно разработаны и внедрены, то у нас не было бы и ни одного случая заражения ВИЧ в больнице. А сейчас такие случаи, хоть и единичные, есть. Меры по профилактике заражения вирусом гепатита В многократно страхуют и от передачи ВИЧ. Но страх при оказании медицинской помощи больному ВИЧ-инфекцией у многих медиков действительно существует…

— В стационар инфицированные ВИЧ люди попадают уже в тяжелом состоянии. Это потому, что они не лечились?

— Да. Понимаете, среди госпитализированных ВИЧ-инфицированных больных с туберкулезом и другими вторичными заболеваниями 80% знали, что у них ВИЧ, но никуда за медицинской помощью многие годы не обращались, не лечили ВИЧ-инфекцию. Своевременное медицинское наблюдение, назначение АРТ гарантировали бы им нормальную, здоровую жизнь, а теперь они лежат в стационаре в тяжелом состоянии, и исход болезни неизвестен.

Важно уделять внимание диагностике и лечению вторичных заболеваний у больных ВИЧ-инфекцией. В стационарах многих регионов нашей страны нет возможности использования современных лабораторных и инструментальных методов для этиологической расшифровки тяжелой вторичной патологии у больных ВИЧ-инфекцией с глубокой иммуносупрессией. Там существенно ограничены возможности этиотропной терапии вторичных заболеваний. Надо помнить и о проблеме своевременного лечения гепатита С, который нередко сопутствует ВИЧ-инфекции, современными препаратами прямого противовирусного действия, у них эффективность более 95%. То есть подавляющее большинство больных гепатитом С полностью излечивается от этого заболевания при такой терапии. К сожалению, в нашей стране лишь несколько процентов больных хроническим гепатитом С, в том числе и без ВИЧ-инфекции, получают такое лечение.

Ежегодно несколько тысяч тяжелобольных ВИЧ-инфекцией проходят лечение в инфекционных и других больницах. И если мы хотим уменьшить это количество, то следует не только бороться за жизнь пациента на стадии СПИДа, принимая активные, но часто дорогостоящие меры по выявлению и лечению вторичных заболеваний. Надо постараться предупредить заражение или выявлять болезнь на ранней стадии при сохранном иммунитете — и как можно быстрее начинать необходимую терапию. Так мы сохраним для ВИЧ-инфицированного человека трудоспособность, высокое качество жизни, возможность иметь детей и в итоге сэкономим колоссальное количество государственных денег.

— Я читала, что таблетки, которые назначают по государственной программе, неэффективны. Это правда?

— Нет, это не так. Закупаются препараты эффективные, но они не всегда хорошо переносятся пациентами, часто неудобны в приеме. Общее количество таблеток в день может составлять 5–6 штук с приемом два раза в сутки, нередко пациенты испытывают тошноту, диарею, нарушение сна, другие побочные эффекты. Более старые препараты опасны поздними нежелательными явлениями — нарушениями жирового, углеводного обмена, деминерализацией костной ткани, что повышает риск развития инфаркта миокарда, инсульта, патологических переломов. Современные же препараты практически не вызывают ранних и поздних побочных эффектов, их достаточно пить один раз в день по одной таблетке. Существуют комбинированные АРВ-препараты, когда два или даже три средства содержатся в одной таблетке, принимаемой один раз в день. Согласитесь, разница есть: одна таблетка или шесть таблеток. Поставьте себя на место пациента. Мы же должны помнить, что человеку, инфицированному ВИЧ, предстоит принимать лекарство ежедневно и многие годы. Мы с вами были бы готовы к такому лечению, если бы пришлось принимать по 5–6 таблеток в день? Я уже говорил, что сегодня часть пациентов прекращают терапию — как раз из-за развития побочных эффектов и неудобства приема. Мы должны научиться думать не только о цене препарата, но и о его эффективности, длительной безопасности, хорошей переносимости и удобстве приема. Все это обеспечит высокую приверженность ВИЧ-инфицированного человека лечению, а одних только наших призывов к соблюдению режима терапии мало.

Напомню еще раз: многие наши пациенты прекрасно себя чувствуют в интернете, имеют представление о последних международных рекомендациях и знают, какие сейчас препараты применяются в высокоразвитых странах. Конечно, они хотят получать такие препараты, без побочных эффектов, с наименьшим количеством таблеток. И это тоже поможет обеспечить широкий охват АРТ людей с ВИЧ-инфекцией. В итоге это все окупится сторицей. В США и странах Западной Европы количество новых случаев инфицирования ВИЧ стремительно снижается, количество больных на стадии СПИДа и пациентов, нуждающихся в стационарном лечении, также значительно снизилось. Существенно уменьшилось число летальных исходов, связанных с ВИЧ-инфекцией. Главная причина успеха — широкий и своевременный охват людей, живущих с ВИЧ, современной антиретровирусной терапией. У нас пока другие тенденции. В 2017 году в нашей стране умерло на 4,4% больше больных ВИЧ-инфекцией, чем в 2016-м.

«Портрет человека с ВИЧ резко изменился»

— Кто они, ваши больные? Можете нарисовать портрет?

— Мы в нашем центре оказываем помощь в основном людям, имеющим постоянную регистрацию в других регионах, но живущим и работающим в Москве или Московской области. А также людям без определенного места жительства. Кроме того, у нас наблюдаются и получают лечение больные, участвовавшие в клинических исследованиях, проводимых федеральным центром. В целом категория ВИЧ-инфицированных людей, проходящих в нашем центре наблюдение и лечение, относительно более благополучная, чем больные в региональных центрах СПИДа.

Но могу сказать, что портрет человека, живущего с ВИЧ, за последние годы сильно изменился.

Хотя 42% новых случаев заболевания по-прежнему связано с внутривенным употреблением психоактивных веществ.

— То есть внутривенное употребление наркотиков — не основной способ передачи вируса?

— На сегодня уже да. При этом все равно он остается пугающе актуальным. В странах Западной Европы (Франция, Германия) этот показатель равен 1–2%. Что касается полового пути передачи вируса, то, увы, основной контингент заразившихся — молодые женщины. ВИЧ, как и большинство других возбудителей, значительно легче передается половым путем от мужчины к женщине, чем наоборот.

Отмечу, что, по данным исследований, которые проводились в нашем центре, порядка 66% сравнительно недавно заразившихся ВИЧ — люди работающие. То есть мы видим новые тенденции: нашими пациентами все чаще становятся социально активные, профессионально востребованные люди среднего возраста, нередко имеющие представления о ВИЧ-инфекции. Поэтому сейчас важно говорить не только о стигматизации, дискриминации, которые могут испытывать люди, инфицированные ВИЧ, не только о важности своевременного обращения за медицинской помощью, постоянного наблюдения, своевременного начала АРТ. Все более актуальным становится разговор врача с грамотным в области ВИЧ-инфекции пациентом о качестве предоставления медицинской помощи, о новых комбинированных АРВ-препаратах с минимальной токсичностью, о возможной первичной резистентности ВИЧ к препаратам, о будущей терапии.

Если же смотреть на больных ВИЧ-инфекцией, нуждающихся в стационарной помощи, то их можно разделить условно на две группы. Первая — это люди социально адаптированные, но не знавшие до недавнего времени о своем заболевании и впервые столкнувшиеся со своим диагнозом при развитии тяжелого вторичного недуга на фоне выраженного иммунодефицита. Дело в том, что часто ВИЧ-инфекция на относительно ранних стадиях сигнализирует о своем наличии рецидивирующим опоясывающим лишаем, кандидозом ротовой полости, слабостью, учащением инфекционных заболеваний. Но у части людей, зараженных ВИЧ, нет таких сигналов, или же они не обращают внимания на повышенную утомляемость, периодические подъемы температуры, снижение веса и поэтому длительное время живут относительно благополучно в полном неведении о своей болезни. Такие люди впервые узнают о своем заболевании, увы, слишком поздно. Например, недавно в КИБ №2 Москвы поступила молодая женщина из благополучной семьи с тяжелым ВИЧ-энцефалитом. У нее год предполагали депрессию, пытались проводить лечение. И никто не подумал о возможной ВИЧ-инфекции. Женщина поступила в тяжелом состоянии — ее перевели из психиатрической больницы с развитием деменции и крайне низкими показателями иммунного статуса. Несмотря на быструю расшифровку природы поражения головного мозга, сразу же начатые АРТ и химиопрофилактику вторичных заболеваний, больная скончалась.

Вторая группа госпитализируемых пациентов с ВИЧ-инфекцией и наличием вторичной патологии — люди, социально дезадаптированные, порой без определенного места жительства, нередко употребляющие алкоголь или наркотические вещества, испытывающие острые социальные, психологические и психические проблемы, проблемы адаптации в обществе. Эти пациенты не привержены медицинскому наблюдению и, даже зная о своем диагнозе, не обращаются за медицинской помощью. Или же после нескольких посещений центра СПИДа надолго исчезают из поля зрения медиков, прерывают назначенную АРТ. Собственно, у этой группы граждан выше вероятность дойти до продвинутых стадий заболевания, поэтому в стационарах проходят лечение большое количество больных ВИЧ-инфекцией, имеющих не только серьезные инфекционные или соматические заболевания, но и тяжелые социальные проблемы, хронический алкоголизм, наркозависимость. Это, конечно, крайне осложняет лечебный процесс, нередко приводит к грубым нарушениям больничного режима со стороны больных, требует от медицинского персонала больших дополнительных усилий. Безусловно, оказание помощи таким людям возможно только при комплексном командном подходе с привлечением специалистов разного профиля. Помимо врачей-инфекционистов тут нужны наркологи, специалисты по социальной работе, соцработники, патронажные медицинские сестры, священнослужители, волонтеры. Кроме этого работа с ВИЧ-инфицированными людьми, страдающими наркотической или алкогольной зависимостью, требует создания определенных условий для работы медсестер, врачей. Никому в медицинской стационарной помощи мы не вправе отказать, и отказов никогда нет, но необходимо оберегать, сохранять медперсонал, работающий в очень непростых условиях.

— Таким пациентам нужна специализированная помощь, профильная реабилитация?

— Конечно. Для ведения этих пациентов необходимы определенная медикаментозная поддержка, постоянные консультации нарколога, специфические препараты, определенный режим в отделениях, индивидуальные медсестринские посты, а в инфекционной больнице сделать это практически невозможно. По-видимому, нужно думать о создании полноценных инфекционных отделений в наркологических стационарах.

Что касается людей с неблагополучным социальным статусом, бездомных, потерявших связь с родственниками,— такие граждане часто остаются без необходимых документов, пособий и пенсий. И они по объективным и субъективным причинам могут долго находиться в больнице. Возможно, они уже не требуют активной противоинфекционной помощи, но тем не менее больница вынуждена выполнять некую функцию социального учреждения. И существует острый дефицит в штате специалистов по социальной работе, которые могли бы активно включаться и помогать оформлять паспорта, справки, пенсии для таких больных, пока те проходят стационарное лечение.

Не решив хотя бы одну из всех затронутых в этом разговоре проблем, мы можем оказаться неэффективными в целом.

Источник: www.kommersant.ru


You May Also Like

About the Author: admind

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.